Ш.Д.Батырбаева: Демографические потери киргизского населения в годы голода в начале 30-х годов ХХ в

 

Батырбаева Шайыркул Джолдошевна


Заведующий кафедрой ИИИИ


д.и.н., профессор



На основе междисциплинарных методов исследования материалов переписи населения 1926—1939 гг., рассматриваются вопро­сы демографических потерь населения Киргизстана во времена голода 1932—1933 гг., масштабы которого в отдельных регионах республики имели такой же катастрофический характер, как на Украине и в Казахстане в начале 30-х годов XX в.


Известия Томского политехнического  университета. 2004. Т. 307. б


В СССР межпереписный интервал с 1926 по 1939 гг. стал периодом коренных социально-эконо­мических, политических преобразований. В эти го­ды в Киргизстане было осуществлены социалисти­ческие реформы, в результате которых в республи­ке были заложены основы аграрно-индустриальной экономики, улучшились социально-экономи­ческие условия жизни населения и сделан револю­ционный скачок в профессионально-образова­тельной структуре населения. За этот период насе­ление Кыргызстана выросло на 45,6 %, из них го­родское - на 220,8 %, сельское - на 35,1 % [1.С. 172; 3. С. 78]. По темпам роста населения в СССР в этот период Киргизская республика зани­мала первое место.Абсолютный рост численности населения Кир­гизской республики, в первую очередь городского, в научной литературе рассматривался в качестве одного из главных аргументов положительных ре­зультатов социалистических преобразований. Но с рассекречиванием и публикацией основных итогов переписи 1937 и 1939 гг. стало известно, что при­рост коренного населения составил всего 14,9 %.


В связи с этим возникает вопрос - насколько прирост населения на 14,9 % соответствовал реаль­ным возможностям демографического воспроиз­водственного процесса киргизов в начале XX в.?


Для того, чтобы ответить на данный вопрос, нами был применен междисциплинарный метод изучения демографических процессов, а именно -определение имитационно-альтернативного вари­анта эволюции численности киргизов с середины 20-х годов XX века без учета позитивных и негатив­ных последствий социалистических преобразова­ний. Далее, полученные результаты мы сравнили с реальными данными переписи 1939 г., и тем самым выявили величину замедленного роста численнос­ти киргизского населения в течение рассматривае­мого периода.


Основными источниками нашего исследования выступают материалы переписей 1926, 1937, 1939 гг. [1-3], данные текущего статистического учета населения [4, 5], дополнительная делопроиз­водственная документация государственных уч­реждений республики за рассматриваемый период [6, 7], а также вспомогательные - эпистолярные источники, в частности, дневник Ю. Абдрахманова, председателя СНК Киргизской АССР [8].


Исходя из поставленной задачи, мы разделили эти источники на 4 группы:


1)опубликованные материалы переписей 1926, 1937 и 1939 гг.;
2)исчисленные статистические данные о населении;
3)перспективные исчисления о численности на­селения, темпах его развития в соответствии с пятилетними планами развития страны;
4)подготовительные материалы для составления пятилетнего плана о темпе роста численности населения на основе социально-экономической, статистической характеристики края до 1913 г. и по материалам переписей 1920,1923 и 1926 гг.


Следует отметить, что для статистики населения советского периода характерны приписки, случай­ные и намеренные искажения. Тем не менее, на ос­нове изучения научной литературы по анализу ста­тистических источников этого периода мы пришли к выводу, что данные переписей 1926,1937 и 1939 гг. в сравнении с материалами современного демогра­фического учета не искажают общей тенденции в динамике численности киргизов за эти годы.


В результате проведенного критического анали­за источников, с опорой на достижения в области исследования истории Кыргызстана в период со­циалистических преобразований, а также с учетом этносоциологических выводов об особенностях де­мографических процессов киргизского населения, нами установлены величины альтернативного рос­та численности киргизского населения с 1927 по 1929 гг. в пределах 1,4 %, с 1930 по 1934 гг. -1,5 % и с 1935 по 1938 гг.-1,6%.


Эти результаты показали, что при продолжении в 20-е и 30-е годы XX века курса, взятого в период НЭПа, численность киргизов выросла бы не на 14,1 %, а на 19,9 %. Таким образом, к 1939 г. их аб­солютная численность достигла бы не 754 323 чело­век, а 790 099 человек. Опираясь на эти данные, можно предположить наличие в период социалис­тических преобразований негативных явлений в естественном приросте киргизского населения. Эти явления, по сути, в это период были характер­ными для большинства народов СССР.


Сравнение показателей роста численности кир­гизского населения по регионам, выявляет их суще­ственные различия. Например, во Фрунзенской об­ласти республики наблюдался отрицательный прирост киргизского населения в пределах 1,9 %. При этом в регионах Южного Кыргызстана -в Джалал-абадской и Ошской областях - мы наблюдаем уве­личение населения на 19,8 %. Тянь-шаньский и Иссык-кульский регионы характеризует прирост насе­ления 20,2 и 11,1 % соответственно. Примечательно то, что Фрунзенская область в те годы являлась центральной областью, на ее территории были раз­мещены основные промышленные объекты рес­публики, государственные и образовательные уч­реждения. Для этой области был характерен актив­ный приток представителей коренного населения других регионов. Отрицательный прирост киргизс­кого населения во Фрунзенской области сохранял­ся даже при увеличении численности прибывших из других регионов. Например, население столицы - г. Фрунзе возросло с 1701 до 6117 человек [1. С. 216; 5], по нашим расчетам, из других регио­нов республики прибыло свыше 4 тыс. чел.


Для того, чтобы выяснить причины региональ­ного различия в естественном приросте киргизского населения, мы провели расчет имитационной эво­люции его численности по следующим регионам:


1. Южный Киргизстан, куда включили Джалал-абадскую и Ошскую области;
2. Фрунзенскую область, в 1939 г. в нее входили отдельно представленные по переписи 1926 г. Таласский, Чуйский и Фрунзенский кантоны;
3.Тянь-шаньский регион;
4.Иссык-кульский регион.


Наши имитационно-эволюционные расчеты показали, что в Южном Киргизстане численность коренного населения в 1926 г. "составила" 402 300 человек, в Тянь-шаньском регионе -117 400, в Иссык-кульском регионе - 98 300, а во Фрунзенской области -173 100 человек. Сравнение этих результатов с зафиксированными данными пе­реписи 1939 года показывают расхождение по Юж­ному Кыргызстану в пределах плюс 1 200 человек, по Тянь-шаньскому региону - плюс 400 человек, по Иссык-кульскому региону - минус 7 100 человек и по Фрунзенской области -минус 31 200 человек.


Цифры по двум последним регионам с отрица­тельным показателями между зафиксированным количеством киргизов и рассчитанным вариантом их альтернативного прироста, показывают, на наш взгляд, нарушение эволюционного характера в из­менении динамики их численности. Это подтверж­дают результаты новейших исследований по исто­рии Киргизстана 20-30-х гг., ранее засекреченные архивные документы, в том числе и изданные не­давно дневники и письма к И. Сталину Ю. Абдрахманова. На основе этих дневников и писем выявля­ется исключительная роль Ю. Абдрахманова в пре­дотвращении повсеместного голода в республике путем приостановки в начале 1930-х гг. вывоза хле­ба из глубинных районов республики; его деятель­ности по снабжению хлебом хлопководческих ре­гионов, а также по получению льгот для поставок сельскохозяйственных продуктов полукочевым и кочевым хозяйствам.


На наш взгляд, главная причина региональных различий в динамике прироста численности кирги­зского населения обусловлена последствиями осу­ществления социально-экономических и полити­ческих преобразований. На замедление темпа роста численности киргизского населения в Иссык-кульс­ком регионе и во Фрунзенской области, безусловно, повлияли такие факторы как раскулачивание хо­зяйств, откочевка киргизов в Китай и внутренняя республиканская миграция. Однако не стоит перео­ценивать значения этих факторов, так как они были характерны для всех регионов и областей республи­ки. В исторической литературе часто встречается ин­формация о значительных последствиях массовой откочевки киргизов в конце 20-х - начале 30-х гг. в Китай, вызванной перегибами в ходе осуществления коллективизации, раскулачивания и реализации плана по поставке сельскохозяйственных продуктов. В связи с этим хочется подчеркнуть, что массовая от­кочевка киргизов не могла оказать существенного влияния на темпы прироста коренного населения. Тем более, что в 30-х годах, с первыми положитель­ными результатами колхозного строительства, ос­новная часть откочевавшего населения возвратилась на родину В пользу этого говорит тот факт, что меж­ду реально зафиксированными и имитационно-исчисленными данными по росту численности кирги­зского населения в 1939 г. в приграничных с Китаем Нарынской, Джалал-абадской и Ошской областях нет существенных расхождений. Тем более, что Фрунзенская область, имевшая отрицательные дан­ные по приросту населения, не граничит с Китаем. Все эти данные позволяют говорить о том, что в 1932 и 1933 гг. в отдельных регионах Киргизстана - во Фрунзенской области и Иссык-кульском регионе наб­людались катастрофические последствия, связанные с голодом местного населения. Эти голодные годы унес­ли жизни каждого 6-го жителя Фрунзенской области, каждого 19-го в Иссык-кульском регионе. Это объяс­няется тем, что жители зерновых районов Таласской и Чуйской долин, входивших во Фрунзенскую область, а также жители Иссык-кульского региона несли основ­ную нагрузку в реализации планов по заготовке хлеба и зерна. Сказалась близость этих регионов к магист­ральным трассам среднеазиатского значения. Жители указанных регионов были лишены и льгот -специаль­ной разнарядки по снабжению хлебом, которые при­менялись в отношении животноводческих и хлопко­водческих районов республики. Положение этих реги­онов усугублялось и тем, что на их территорию хлынул поток голодающего населения Сибири и Казахстана.


Проведенные исследования показывают, что Кир­гизстан в годы повсеместного голода, наряду с Росси­ей, Украиной и Казахстаном прошел через тяжелые испытания. При этом в Киргизской республике голод имел региональный или локальный характер и затро­нул в своей основе население двух крупных регионов -Фрунзенской и Иссык-кульской областей.


СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ


1.Всесоюзная перепись населения. 1926 год. Киргизская АССР. -М., 1928. — Т. VIII.
2.Всесоюзная перепись населения. 1937 год. Краткие итоги. -М., 1991.
3.Всесоюзная перепись населения. 1939 год. Краткие итоги. -М., 1992.
4.ЦГА КР. - Ф. 105, оп. 1, д. 576, л. 71 об.; д. 910, л. 1 об, 7; д. 1403, л. 57; оп. 2, д. 14, л. 3; д. 552, л. 89; д. 554, л. 25, д. 1107,л. 2,9,12; д. 1110, л. 163; д. 1740, л. 24-24 об, 25-25 об.; оп. 6, д. 16, л. 9; оп. 16, д. 16, л. 8,10; оп. 36, д. 40, л. 2.
5.РГАЭ РФ. - Ф. 1562, оп. 329, д. 83, л. 19,53; д. 109, л. 37.
6.ЦГА КР. - Ф. 470, оп. 1, д. 839, д. 1243; Ф. 1246, оп. 1, д. 319, 366; ГА Политической документации КР. -Ф. 10, оп. 1, д. 98, 155,201,202 и др.
7.Абдрахманов Ю. 1916. Дневники. Письма к Сталину. - Фрун­зе: Илим, 1991.
8.РГАЭ РФ. -Ф. 1562, оп. 336, д. 415, л. 5.

Билдирүү кошуу - Добавить комментарий

Билдирүүлөрдү сайтка катталбай эле калтырууга болот. Бул учурда алар модератор тарабынан "адептүүлүккө" текшерилип, анан жарыяланат.
Сообщения можно оставлять без регистрации на сайте. Они будут опубликованы после проверки модератором на цензурность.


Защитный код
Кодду жаңылоо - Обновить код